Могут ли друзья быть «фигурами привязанности»? Что показало исследование иерархии привязанности
Не только про родителей и партнёров
Статьи «Как формируется привязанность у ребёнка» и «Как стиль привязанности проявляется в отношениях взрослых» разбирали привязанность к родителю в детстве и к романтическому партнёру во взрослости — два наиболее изученных направления теории привязанности. Но у большинства взрослых людей есть целая сеть значимых отношений одновременно: партнёр, родители, близкие друзья. Возникает конкретный исследовательский вопрос — распределены ли функции привязанности между этими людьми поровну, или у каждого типа отношений своя, отдельная роль?
Что вообще делает отношения «привязанностью», а не просто симпатией
По классической схеме, которую используют исследователи привязанности (обобщённой, среди прочего, в главе «Major Principles of Attachment Theory» лаборатории социального взаимодействия Университета Миннесоты), отношения квалифицируются как привязанность, если выполняются четыре критерия: стремление к физической близости с этим человеком, особенно в трудные моменты (proximity maintenance); использование человека как «тихой гавани» — источника утешения и поддержки в стрессе (safe haven); использование человека как «надёжной базы», от которой можно отталкиваться, чтобы исследовать мир и рисковать (secure base); и переживание отчётливого дистресса при недоступности этого человека (separation distress). Это более строгое определение, чем просто «близкий человек» — не каждый значимый человек в жизни обязательно выполняет все четыре функции.
Исследование: иерархия, а не единственная фигура привязанности
Шанна Тринке и Ким Бартоломью (Trinke & Bartholomew, 1997, журнал Journal of Social and Personal Relationships) предложили 223 студентам университета конкретный инструмент — Опросник сети привязанности (Attachment Network Questionnaire, ANQ): участников просили перечислить значимых для себя людей, а затем оценить, кто из них в какой мере выполняет каждую из функций привязанности. Идея исследования была не в том, чтобы найти «единственную настоящую» фигуру привязанности, а в том, чтобы описать иерархию — реальное распределение функций между разными людьми одновременно.
Главная находка: у каждого типа отношений своя специализация
Результат оказался не «партнёр вытесняет всех» и не «все выполняют всё поровну», а более тонкое распределение. Романтические партнёры, как правило, оказывались на вершине иерархии и использовались для заполнения большинства или всех функций привязанности сразу — это ожидаемо совпадает с более ранними находками Хейзан и Шейвер о романтической привязанности взрослых. Родители — прежде всего матери — продолжали оставаться значимым источником именно функции «надёжной базы», даже когда у человека уже был романтический партнёр. А друзья использовались преимущественно для двух конкретных функций — «тихой гавани» (эмоциональной поддержки в трудную минуту) и стремления к близости (проведения времени рядом) — но не для полного набора функций привязанности сразу.
Почему это интереснее, чем «да» или «нет»
Ответ на вопрос «могут ли друзья быть фигурами привязанности» — не однозначное «да, полностью» и не «нет, это только для семьи и партнёров». По данным Тринке и Бартоломью, дружба реально выполняет часть тех же психологических функций, что и привязанность к партнёру или родителю — то есть друзья не сводятся к «просто приятному обществу» с точки зрения этой теории. Но у дружбы, как правило, есть своя специализация внутри более широкой сети отношений человека, а не полное дублирование роли партнёра или родителя. Это честнее и точнее и популярной формулировки «друзья — это семья, которую мы выбираем», и противоположной идеи, что дружба психологически «менее серьёзна», чем романтические или семейные связи.
Что из этого следует практически
Практический вывод — не ранжировать отношения по «важности», а учитывать, что у разных людей в жизни закономерно разные роли, и это не признак неполноценности дружбы, если друг не выполняет функцию «надёжной базы» так же, как это делает партнёр или родитель — по данным исследования, это типично, а не исключение. Если конкретная дружба реально даёт ощущение «тихой гавани» и желание быть рядом — это уже соответствует настоящим, измеримым функциям привязанности, а не просто приятельству, даже если та же дружба не выполняет остальные две функции в той же мере.
Коротко
- Отношения квалифицируются как привязанность по четырём критериям: стремление к близости, «тихая гавань» (поддержка в стрессе), «надёжная база» (опора для исследования мира), дистресс при разлуке.
- Trinke & Bartholomew (1997): 223 студента, Опросник сети привязанности (ANQ) — иерархия, а не единственная фигура привязанности.
- Романтические партнёры чаще всего на вершине иерархии, закрывают большинство/все функции; матери/семья — прежде всего функция «надёжной базы»; друзья — преимущественно «тихая гавань» и стремление к близости.
- Дружба реально выполняет часть функций привязанности, но обычно не полный набор — не «замена» партнёра/семьи и не «менее серьёзные» отношения, а своя специализация внутри общей сети.
Частые вопросы
Могут ли друзья полностью заменить привязанность к партнёру или родителям?
По данным Trinke & Bartholomew (1997), обычно нет — друзья чаще всего выполняют конкретные функции привязанности («тихая гавань», стремление к близости), а не весь набор сразу, тогда как романтические партнёры чаще занимают верх иерархии и закрывают большинство функций одновременно.
Что делает отношения «привязанностью», а не просто хорошим общением?
Четыре признака: стремление к физической близости, использование человека как источника утешения в трудные моменты, использование как опоры для того, чтобы рисковать и исследовать мир, и заметный дистресс при недоступности этого человека.
Значит ли исследование, что дружба психологически менее значима, чем семья или партнёрство?
Нет — исследование как раз показывает обратное: дружба реально выполняет измеримые функции привязанности (в первую очередь эмоциональную поддержку и стремление к близости), просто со своей специализацией внутри более широкой сети значимых отношений человека, а не с полным дублированием роли партнёра.