Передаётся ли стиль привязанности от родителя к ребёнку? Что показало исследование взрослой привязанности

Вопрос, который логично возникает после уже разобранных тем

Статьи «Как формируется привязанность у ребёнка» и «Что такое стили привязанности» разбирали привязанность отдельно у ребёнка и отдельно у взрослого. Естественный следующий вопрос — а связаны ли эти два уровня напрямую: может ли собственный стиль привязанности родителя (то, как он сам был привязан в детстве и как переживает близкие отношения сейчас) предсказывать стиль привязанности его собственного ребёнка?

Инструмент для измерения взрослой привязанности иначе, чем через отношения

Мэри Мэйн, Нэнси Каплан и Джуд Кэссиди (Main, Kaplan & Cassidy, 1985, глава в сборнике «Growing Points of Attachment Theory and Research», журнал Monographs of the Society for Research in Child Development) предложили принципиально другой способ измерения взрослой привязанности, чем изучение романтических отношений напрямую (которым, как разбиралось в статье про стили привязанности у взрослых, обычно занимаются вслед за Хейзан и Шейвер). Их инструмент — Интервью взрослой привязанности (Adult Attachment Interview, AAI) — оценивает не то, что буквально происходило с человеком в детстве, а то, как человек сейчас, во взрослом возрасте, рассказывает и осмысляет свой ранний опыт: насколько связно, последовательно и без противоречий он может об этом говорить. Центральная гипотеза авторов — именно это, названное «состоянием сознания по отношению к привязанности» (state of mind with respect to attachment), а не сами объективные факты детства, предсказывает, как этот человек будет выстраивать привязанность уже со своим собственным ребёнком.

Насколько сильна эта связь на самом деле

Обзорная статья Прачи Шах, Питера Фонаги и Лейна Стратерна (Shah, Fonagy & Strathearn, 2010, журнал Clinical Child Psychology and Psychiatry) обобщает результат метаанализа ван Эйзендорна (van IJzendoorn, 1995) — 661 пара «родитель-младенец» из 13 исследований. При простой двухкатегориальной классификации (надёжная/ненадёжная привязанность) совпадение между классификацией родителя по AAI и классификацией младенца по методике «Незнакомая ситуация» составило 75%. Но при более точной, четырёхкатегориальной классификации (надёжная, избегающая, тревожно-амбивалентная, дезорганизованная) совпадение снизилось до 63%, с ещё более слабым совпадением конкретно среди ненадёжных типов привязанности. Сама область исследований честно называет это расхождение «разрывом передачи» (transmission gap) — теория предсказывает более прямую передачу, чем реально подтверждают данные, особенно для конкретных ненадёжных подтипов.

Ещё более тонкая находка: не копирование, а иногда инверсия

Та же обзорная статья описывает собственное небольшое исследование авторов — 47 пар «мать-младенец» (интервью AAI проводилось у беременных матерей в третьем триместре, наблюдение за привязанностью младенца — методикой «Незнакомая ситуация» в 14 месяцев). Надёжная привязанность матери и надёжная привязанность младенца совпадали хорошо. Но у части матерей с ненадёжной привязанностью обнаружился неожиданный паттерн: не совпадение конкретного ненадёжного подтипа, а его инверсия — матери с избегающим типом привязанности (тип А) чаще имели младенцев с тревожно-амбивалентным типом (тип С), и наоборот, а не тот же тип повторялся у ребёнка. Это не опровергает саму идею передачи привязанности, но показывает, что механизм заметно сложнее прямого «копирования» конкретного ненадёжного стиля от родителя к ребёнку.

Почему «разрыв передачи» — хорошая, а не тревожная новость

На первый взгляд формулировка «стиль привязанности передаётся от родителя к ребёнку» может звучать как приговор — особенно для родителя, который знает о собственной ненадёжной привязанности в прошлом. Реальные данные говорят о более обнадёживающей картине: связь реальна и статистически значима, но далека от жёсткого предопределения — 25% несовпадений даже при простой двухкатегориальной классификации, и заметно больше при более точной. Это прямо согласуется с тем, что уже разбиралось в статье про стили привязанности у взрослых, — «заработанная надёжность» (earned security), когда взрослый с непростым детским опытом всё же формирует надёжную привязанность у собственного ребёнка, — не редкое исключение, а ожидаемая, изученная часть общей картины, а не статистическая случайность.

Это не инструмент предсказания и не приговор конкретной семье

Эта статья описывает закономерности на уровне групп в конкретных исследованиях, а не формулу для предсказания судьбы конкретного ребёнка конкретных родителей. AAI — сложный клинический инструмент, требующий специальной подготовки для интерпретации, а не тест, который можно применить к себе по описанию в статье и сделать вывод о собственном родительстве.